«Волны памяти» на канале им. Москвы

02 ноября 2017 Молитва памяти  
Около 200 участников акции, цель которой – почтить память узников Дмитлага, проследовали на теплоходе от причала «Новоспасский мост» до причала «Коломенское»

Парк Коломенское – любимое место отдыха москвичей – в 1930-е годы был занят ГУЛАГом и до сих пор скрывает под газонами и велодорожками братские могилы. Редкие старожилы еще помнят лагерные бараки, простоявшие до 1970-х годов, и готовы пояснить, что само слово «з/к», «зэк» возникло от словосочетания «заключенный каналоармеец» – так советские агитаторы именовали подневольных строителей канала им. Москвы. При этом совсем стерлось из общей памяти, что Перервинский гидроузел – крупнейшее сооружение на канале с двумя шлюзами и ГЭС – построили узники так называемого «лагеря священников», входившего с систему Дмитлага.

Воскресить эту память постарались члены Вознесенского, Крестовоздвиженского и Христорождественского малых братств, организовавшие акцию «Волны памяти» на канале им. Москвы при поддержке компании «ОптиКом». Около 200 участников акции и приглашенных гостей проследовали на теплоходе от причала «Новоспасский мост» до причала «Коломенское», чтобы совершить литию и возложить цветы на воду – в память о тех, кто привел эту волжскую воду к Москве и безвестно канул на «великой советской стройке».

За три часа следования теплохода участники акции успели посмотреть видеосюжет об узниках Дмитлага и «лагеря священников», снятый жителем Нагатино, краеведом Андреем Дворниковым, а также поучаствовать в работе круглого стола «Топография террора в Москве: ее восприятие современными горожанами», организованного на борту теплохода и собравшего экспертов Левада-центра, «Мемориала», Преображенского братства, НИУ ВШЭ и РАНХиГС. Акцию освещали журналисты «Независимой газеты», «Вечерней Москвы», «Собеседника», «Ежедневного журнала», blagovest-info.ru и других СМИ.

– У Иосифа Бродского есть такие строки «засвети же свечу на краю темноты, я увидеть хочу то, что чувствуешь ты». Мне кажется, если мы не хотим видеть то, что мы чувствуем, то у меня возникает такой образ здесь на теплоходе, что мы плывём мимо смертей к своей собственной смерти, – обратилась к собравшимся соведущий акции, член Преображенского братства Марианна Чмыхалова. – Здесь лежат люди, которые по крови нам не родные, которые нам не близки, вот они «другие». Но мы здесь собрались не просто так, а чтобы этих людей оплакать хотя бы. Они были замучены, уничтожены, как был замучен и уничтожен сам образ человека в ХХ веке в России. И если мы не примем на себя, как Христос принял на себя грехи человека, если мы не примем хотя бы эту память и эту их боль в сердце, то ничего не изменится, и мы выйдем отсюда, такими же, как сюда пришли.

На Перервинском гидроузле, только по официальным данным и только на земляных работах, одновременно трудилось около 8800 человек, а прошли через «объект» десятки тысяч: умиравших от «ударной» работы (10-часовой рабочий день, максимальная пайка – 1300 граммов хлеба, при невыполнении нормы – 300 граммов) заменяли новыми узниками. Именно здесь, в районе Нагатинского затона, из-за близости грунтовых вод условия работы были особенно тяжелы, что – как писала лагерная пресса – «остро ставило вопрос о сохранении рабочей силы». Главный энергетик канала, Валентин Барковский уже в 2000-е годы сообщал, что из-за размыва потоком воды в районе Шлюза №10, который строили заключенные священники, неоднократно обнажались фрагменты скелетов людей. Более 1000 человек, по подсчетам краеведов, до сих пор лежат неупокоенными по правому берегу канала Москва-Волга, рядом со шлюзом.

– Сколько таких безвестных захоронений по всему каналу, сказать сложно, – пояснил Игорь Кувырков, исследователь истории канала, основатель общества краеведов «Москва-Волга» и одноименного сайта. – Все архивы лагеря были уничтожены в 1941 году при эвакуации. Но даже те кладбища, о существовании которых мы знаем точно: там буквально обнажаются кости – пока остаются без памятных знаков. Многие мне говорят, что это «правильное дело» – почтить такие места, «реабилитировать» братские могилы узников, но пока не получается настоять на том, что такое дело еще и срочное и не стоит его откладывать за бюрократической волокитой.

Игорь Кувырков
Игорь Кувырков

Впрочем, еще надежнее, чем каменными памятниками, память о строителях шлюза поддерживается такими акциями, объединяющими православных верующих и гражданских активистов, разбуженных голосом совести.

– Покаяние и память – это как два крыла у птицы, которые необходимы любому человеку, не только церковному, но совестливому, – заметил протоиерей Димитрий Кувырталов, настоятель Храма Архангела Михаила в Летово, участвовавший в акции. – Но нужно понимать, что самой нашей памяти мало, она должна быть кому-то адресована. Говорят: будущим поколениям – да, это тоже очень ценно. Но мне все-таки кажется, что главный адресат нашей памяти и вздохов – это Бог. Если мы искренне, в нашем сердце, восстенаем и встанем перед Богом – вся наша земля, вот тогда что-то изменится. Потому что на самом деле, кто читает внимательно Священное писание, знает, что там есть замечательная книга, называется «Апокалипсис», в которой сказано, что души умученных людей под престолом Божьим вопиют к Богу: «Господи, доколе не отомстишь за нас?» Вот, подумайте, кому будет Бог «мстить» за этих умученных, убиенных на просторах нашего Отечества? Вот мне кажется, что нам с вами в том числе. Пока мы не встанем на сторону этих умученных, убиенных, безвременно скончавшихся.

Протоиерей Димитрий Кувырталов
Протоиерей Димитрий Кувырталов

Как это можно сделать? Участники и гости акции свидетельствовали, что покаяние за зло, которое совершено было на этом месте 80 лет назад, способны принести ныне живущие, чувствующие свою ответственность за прошлое. Формы этого покаяния могут разниться: осознание истории своей семьи в ХХ веке – со всеми ее трагедиями и преступлениями; собирание живых сил в церкви и обществе, готовых изживать наследие советского режима; участие в памятных акциях – будь то «Молитва памяти» или концерты-размышления, организованные в рамках Акции национального покаяния. Главное, чтобы плод этого покаяния был общим – возрождение образа человека в России, преображение нас самих и страны.

 

Ольга Солодовникова

 

Фото Евгения Гурко

загрузить еще

Подпишитесь на нашу почтовую рассылку