Как преодолеть страх и отчуждение

20 сентября 2013
Интервью с деканом факультета религиоведения Свято-Филаретовского института Маргаритой Васильевной Шилкиной

– Факультету религиоведения в Свято-Филаретовском институте (СФИ) уже семь лет. Расскажите, пожалуйста, кто ваши студенты, с какой целью они углубленно изучают разные религии?

Маргарита Васильевна Шилкина, декан факультета религиоведения СФИ: Это разные и интересные люди. Все они уже имеют высшее образование, причем разное – у кого-то гуманитарное, у кого-то техническое. Реже встречаются студенты с богословским образованием, но большинство впервые всерьез знакомятся с религиоведением.

Основной мотив абитуриентов, о котором они упоминают при поступлении, – желание разобраться в религиозной жизни, понять, что это такое. По сути это мотив личный – люди хотят разобраться не только в той или другой культуре (хотя и это важно), а именно в религиозных основаниях своей жизни. У многих есть друзья или знакомые, верующие разных религий.

Последнее время, где-то года три, все чаще встречается практический мотив: наши студенты планируют преподавать в школе, разбираться в классической, в том числе русской, литературе или использовать полученные знания, например, в журналистской профессии или туристическом бизнесе. Одна наша студентка заканчивала одновременно с нашим факультетом ВГИК, вторая – практикующий журналист. Обе сказали, что их тема – религиозная жизнь, и чтобы профессионально об этом писать и говорить, им нужно самим в этом разбираться.

– Ставят ли при этом ваши абитуриенты вопрос перед собой более глубоко – о выборе своего религиозного пути?

М.В. Шилкина: Об этом при поступлении, конечно, не говорят, поскольку это вопрос личный. Интересно другое: представители разных религий, – а у нас учились и православные, и протестанты разных деноминаций, и была даже одна мусульманка, – к концу обучения проявляют более живой интерес к своей религии. То есть, узнавая больше о разных религиях, после знакомства с живыми православными, люди вдруг по-другому начинают относиться к своей вере. В пример можно привести как раз нашу мусульманскую студентку. Она не была практикующей мусульманкой, но внутренне по своим этническим корням относила себя к исламу. И вот где-то через год после завершения обучения она сказала: «Знаете, я пошла учиться в воскресную школу при мечети». Представляете? (смеется). Понятие «воскресной школы при мечети» может родиться только в нашей стране. А она продолжает: «После нашего факультета я поняла, что своей веры раньше совсем не знала. Вы настолько интересно рассказали мне об исламе, что теперь я хочу узнать еще больше». А у нее до нас было два высших образования – и об исламе она узнала больше, чем за всю свою жизнь, именно в православном вузе.

У нас ислам преподает очень хороший преподаватель Алексей Васильевич Журавский, чьи учебники, кстати, входят в список рекомендованной литературы в исламском университете. Мы узнали об этом совершенно случайно. Это серьезный и честный учебник. Там нет ни малейшего намека ни на какой прозелитизм, ни на какие оценки. Там есть изложение мусульманского вероучения, знакомство Кораном, с практикой верующих мусульман.

– Невольно возникает вопрос о том, зачем православным людям открывать факультет с серьезным преподаванием других религий. Нет ли тут подоплеки ненавязчиво показать преимущества православия перед другими религиями?

М.В. Шилкина: Вопрос хороший. Скажу сразу – прозелитизма у нас нет и не будет. Но интерес у нас есть, и мы его не скрываем: православным людям очень важно, чтобы в нашем обществе складывались открытые, живые, дружеские отношения между людьми. А для того, чтобы мне вступать в общение с человеком другой веры, другой религии, мне важно понимать, чем он живет, что для него является главным внутренним стержнем. Когда человек лучше знает другие религии, он не просто от этого лучше знает свою веру, при этом он лучше понимает другого человека, он открыт к нему, потому что уходит страх. На мой взгляд, сегодня религиоведческое образование – один из важнейших факторов углубления общения и преодоления страха в нашем обществе. Ведь религиоведческое образование – не просто набор информации. Это действительно живое знакомство с тем религиозным опытом, который стоит за той или иной религией, а значит – это победа над страхом. Когда ты понимаешь другого человека на глубине, – а религиозный пласт – самый глубокий пласт жизни человека, – тогда ты его не боишься. Ты знаешь, чего от него можно ожидать, чего нельзя. Ты можешь с ним вступать в общение. А в нашей стране, когда каждый боится каждого, это очень важная вещь.

– Но ведь в этом случае ты еще больше будешь знать, что другой – не такой, как ты. Как это поможет в преодолении отчуждения?

М.В. Шилкина: Да, но одновременно ты будешь знать, что с другим можно общаться. На нашем факультете этому помогает не только учебная программа. Работает сам факт того, что там встречаются верующие разных религий. Это им не мешает общаться – они вместе выезжают в поездки, на экскурсии, устраивают чай, учатся, готовятся к экзаменам. И из этого опыта общения с другими тоже уходит страх. На мой взгляд, это одно из серьезных отличий нашего факультета от других религиоведческих факультетов. Официально на все религиоведческие факультеты принимают людей и верующих, и неверующих. Однако сейчас все чаще приходит информация о том, что где-то стараются подбирать только неверующих или, наоборот, только верующих, так или иначе находя способы объяснять «ненужным» абитуриентам, что «вам не сюда». Формальных нарушений закона при этом нет, я не об этом. Например, некоторые кафедры теологии и религиоведения стремятся к сотрудничеству с епархиями, чтобы епархии направляли к ним абитуриентов. Это дело хорошее, но жаль, если во время обучения верующие абитуриенты всерьез не общаются со своими неверующими сверстниками, ведь это очень важный момент в образовании.

– То есть такой акцент на общении можно назвать спецификой релфака СФИ или другие релфаки тоже ставят подобные задачи?

М.В. Шилкина: Кто-то не ставит, а кто-то и ставит. На факультете религиоведения в Российском православном университете (РПУ) принципиальных ограничений по составу студентов нет, там тоже учатся верующие и неверующие студенты. Кстати, я все больше общего замечаю у нас с РПУ именно в обращении к обществу, в решении проблем, которые могут быть решены через просвещение, через серьезное образование.

– И последний вопрос: расскажите, пожалуйста, что нового на факультете?

М.В. Шилкина: Новое действительно есть. Мы открыли новую программу. Называется она программой профессиональной переподготовки «Религия в мировой культуре», которая по сути представляет собой магистерскую программу глубокого уровня. Об этом говорит и соответствующий приказ министерства образования – о том, что такие программы профпереподготовки должны ориентироваться на квалификацию и компетенцию базового образования, то есть бакалавриата и магистратуры. Мы при ее составлении ориентировались именно на магистерский стандарт, хотя конечно, не копировали его.

При этом диплом о переподготовке мы выдаем в полном соответствии с лицензией.

Это программа интересная, глубокая, в ней очень серьезно подчеркивается культурологический аспект. Думаю, что в ней заинтересованы те, кто хочет получить хорошее гуманитарное образование с уклоном в религиоведение, а также те, кто готовится к поступлению в аспирантуру по религиоведению, имея другое базовое образование (техническое, историческое, филологическое и т.д.)

Беседовала Анастасия Наконечная
Информационная служба Преображенского братства
загрузить еще

Подпишитесь на нашу почтовую рассылку