Ещё не открылось… Посему и днесь, в день Святого Духа, немотствуем мы о тайне будущего века, как и о Нём самом. И однако трепетно к ней приникаем, ибо уже прияли Духа в даре Пятидесятницы, Им живём. Сколь бы ни была скудна эта жизнь, но и над нами пламенеют Его языки, и от них загораются сердца, как горели они на пути в Эммаус у учеников, внимавших Христову учению (Лк 24:32). И ныне не внемлем ли мы Его учению о Духе Святом?
Последнюю, прощальную беседу свою, обращённую к ученикам, Он навсегда и для всех оставил. В ней и мы внемлем Его обетованию о Святом Духе и откровению о Нём. Бесконечные его глубины раскрываются для всех времён, и нынешнего века, и за пределами его, как и в путях собственной жизни каждого из нас. И в этой безмерности и неисчерпаемости сердце слышит и избирает живительные и близкие глаголы, в него ударяющие. Слово о Духе было самооткровением Его самого, на Христе почивающего. Оно и вдохновляет, и радует, всегда по-новому, как и теперь слышим мы блаженные слова: о радости в печали и о дружбе Христовой…
Пред лицом печали приблизившейся, которой печальнее нет, и не было и не может быть, в канун крестной страсти, поруганий, заушений, отвержения, распятия и смерти учит Господь «радости совершенной», Богом даруемой и человека достойной. Это есть призыв и обетование, даруемое нам. Мир живёт в глубокой печали, нам кажется порой, что не было ещё печали большей, нежели та, что мы созерцаем. Однако, если она есть самая широкая в своём разливе, то не есть самая глубокая, как та, которая ожидала учеников, когда «пришёл час Его». Но и тогда говорил Христос ученикам, и нам Он продолжает говорить о победе духовной, о радости совершившейся и совершенной.
Но эта радость совершается в печали, как и победа в борении. «Вы печальны будете, но печаль ваша в радость будет» (Ин 16:20), «Вы теперь имеете печаль, но Я увижу вас опять, и возрадуется сердце ваше, и радости вашей никто не отнимет от вас» (Ин 16:22). Не ищите же радости беспечальной, того счастья на земле, которого ищут сыны века сего. Достойна человека лишь радость крестная, обретённая чрез страдания, не в себялюбии, но в печали «ради Бога» (1 Кор 7:10). Такова радость рождающей женщины, забывающей страдания свои пред лицом плода рождённого. Но всем дано рождение, если не телесное, то духовное. Бог ведёт нас чрез мрак к свету, чрез печаль к радости совершенной. Как познать её, чтобы жить в ней, с нею и ради неё? Её подаёт Дух Святой, в котором к нам приходит Христос, таково Его обетование. Да коснётся и нас хотя на мгновение божественная радость совершенная в день праздника Радости всех радостей, да сохраним её в себе, пронеся в жизни даже до конца её память о Нём.
И другое слово Христа прощальное, заповедь Его «новая» вонзается в сердце: «Да любите друг друга», и чрез то «пребудете в любви Моей» (1 Кор 15:9). Таковых называет Господь не рабами, но «друзьями» своими. Сила же любви для нас исходит от любви Божественной, от Духа Святого.
В мире оскудевает любовь, иссыхают сердца, как будто утрачивается дар её, бессильно содрогаемся мы от внутреннего холода. Но слово Христово на Вечери обращено и к нам, оно и нас зовёт и судит. Однако оно же содержит и обетование Утешителева утешения. Он напомнит и научит, подаст новую силу, в луче этого утешения снова засветятся сердца…
Как мы радуемся любви, когда видим её в живом образе, в нём созерцаем мы явление Духа. Пред великими скорбями и искушениями, грядущими на нашу родину, дано было ей таковое явление в образе духоносного мужа преподобного Серафима, подвигом стяжавшего радость о Господе и любовь друга Христова. Мы жадно всматриваемся в просветлённые его черты, вслушиваемся в нездешние звуки его речей, стремимся постигнуть его благодатную тайну. И кажется, что более всего нам приоткрывается она из двух его слов приветных, светящихся радостью о Духе Святе. И первое есть «Христос Воскресе!» — привет пасхальный, которым он, по свидетельству жития, всех всегда встречал. То, что может показаться странностью и возбуждённостью, было свидетельством о той нездешней радости воскресения Христова, которая всегда царила в его душе и изливалась из неё. Другое же слово ласки, которое он обращал к духовным друзьям своим, было: «Радость моя!» То не было словом внешней ласки, под которым у людей нередко скрывается равнодушие или даже недоброе чувство, это было свидетельством личной любви, которая даёт радование о любимом. Оно не было безлично и безразлично ко всем, к каждому он обращался с личным к нему отношением.
Всякому человеку свойственна личность, он любит, как и любим по-своему, с каждым ведёт душа свой разговор, своим особым голосом. Любовь многолика, но не безлика, многообразна, но не единообразна. В полноте дара любви, её радости совершенной, включена и эта личная радость духовного узрения и встречи, которая выражалась в словах преподобного. Она будила, а вернее уже и предполагала и ответное движение сердец. Отсюда и та слава его, которую имел он ещё при жизни.
Он имел и являл разные дары, но из них самый первый и всеобщий, который был для всех одинаково дорог и нужен, есть дар любви и радость о ней. Нас не только пленяет, но, может быть, ещё более смущает этот образ, если мы не скользим мимо него вниманием; он пробуждает в нас сознание своей собственной скудости. Но это есть живой образ исполнения заповеди Христовой и Его обетований о любви и радости совершенной. Господь же ко всем обращал своё слово, и никто не может его отклонить от себя.
Он знал и знает всё о каждом из нас, и всё-таки обращает своё обетование о ниспослании Утешителя, да пребудет с нами вовеки; и здесь, и ныне, слышим ли мы Его или не слышим, знаем или не знаем?
О даре Его, об Его пришествии просим мы ныне Отца во Имя Христово, да явит Он в нас силу Божию, освободит от рабствования миру сему, возбудит наше упование и возвестит нам «грядущее», о котором сказано Господом: «В тот день не спросите Меня ни о чём» (1 Кор 16:23). По слабости своей мы вопрошаем Его вместе с учениками, и недоумеваем, смущаемся и даже Его оставляем. И мы хотим сохранить и явить Ему верность до последнего испытания, сохранить в сердце память об откровении и вдохновении этого дня, в его неизреченности.
Утешителю, Душе истины, прииди и вселися в ны.
Аминь.
Источник: Булгаков Сергий, прот. Слова. Поучения. Беседы. Париж: YMCA-PRESS, 1987.