Когда мы поздравляем наших близких с каким-нибудь праздником, мы по заведённому обычаю желаем им здоровья, благополучия и всяческих успехов, что понятно и естественно. Ведь этих благ большинству людей так недостаёт! Таков уж наш мир, в котором радости нечасты, а всякого рода скорби и заботы — наши постоянные спутники. Но век сей — век преходящий. Вместе с ним прейдут и все его радости, и все его скорби и заботы. Непреходящий же — век грядущий, Царство Божие, которое и ныне среди нас.
Пришедшее в мир с Иисусом Христом оно есть Царство «радости Духа Святого», которой исполнена жизнь истинно верующего христианина (1 Фес 1:6). И так — в любых обстоятельствах, далеко не всегда благоприятных для мирской радости. Более того, говоря о «радости Духа Святого», Апостол Павел напоминает, что эта духовная радость сосуществует со многими мирскими скорбями, которые неизбежно ожидают верующих в веке сем, «ибо вы сами знаете, что так нам суждено» (1 Фес 3:3). Увы, христиане часто об этом забывают. Они как бы не помнят слова Спасителя о том, что Он принёс Своим последователям, пока они живут в этом грешном мире, не материальное богатство, не физическое здоровье, не успех в делах, не гарантии мира и покоя. Нет, совсем наоборот, Спаситель говорил, что верующие в Него должны нести свой крест, следуя за Ним. Куда следовать? Да на крест! И через крест — к высочайшей цели, к совершенству богоподобия и жизни бесконечной в Царствии Божием, которое «теперь мы видим <…> гадательно, тогда же — лицом к лицу» (1 Кор 13:12). Именно таков узкий и трудный путь в Царствие Божие.
Но коринфяне избрали путь лёгкий и широкий. Ещё вчера язычники, они приняли крещение. Но это таинство они поняли на языческий манер, как магический обряд, автоматически гарантирующий им уже здесь, на земле, беззаботное и совершенное пребывание в Царстве Божием. Похожий энтузиазм мы можем наблюдать и в современном христианстве, особенно часто у так называемых неофитов, то есть у новообращённых, но не укоренённых в вере христианах. Апостол Павел иронически обращается к таким оторвавшимся от земли мечтателям: «Вы уже пресытились, вы уже обогатились, вы стали царствовать без нас» (1 Кор 4:8). Подчёркивается словечко «уже». Возможно, что коринфяне находились под влиянием современного им философского учения, которое утверждало: мудрец уже сейчас обретает совершенство и стоит над тленным миром. При этом, правда, считавшие себя «совершенными» христиане в реальной жизни враждовали друг с другом и совершали всяческие неблаговидные поступки. Но этому обстоятельству «совершенные» как-то не придавали значения. Они видели себя выше всей этой мирской суеты. Апостол Павел желает свести коринфян с их мнимого неба на реальную землю. Он знает, что совершенство достигается не прыжком через страдание, но трудным путём сквозь страдание во Христе. Для него ясно: через Крест — к славе, от смерти — к Жизни. Иного пути нет. И сам он видит себя до сих пор в пути, далёким от цели.
И вот, в резком контрасте с мнимым «духовным полётом» коринфян, апостол описывает своё внешне жалкое и вряд ли вызывающее зависть существование. В то время как они «парят» над миром страданий в своём иллюзорном «блаженстве», он исполняет свою будничную миссию, испытывая множество трудностей. Конечно, он не жалуется, но просто констатирует, что его Евангелие Креста неизбежно формирует и сам образ жизни. С горькой иронией рисует он карикатуру на завышенную самооценку коринфян, когда говорит, что он безумен, а они — разумные, мудрые «во Христе». Но речь-то ведь идёт о Христе распятом! Христианское существование основано на вере в спасительный Крест; а для мира это — безумие, отсюда неизбежный антагонизм мирской мудрости и жизни во Христе. Именно Крест Христов формирует жизнь Его вестника. Это апостол иллюстрирует впечатляющим перечислением своих житейских бедствий. Он описывает нужду и трудность своей жизни странствующего проповедника: он скитается в холоде и голоде, часто унижаемый как последний сор этого мира. Он, апостол Павел, возвещающий слово о Кресте, стоит не наверху, а внизу, на последнем месте. Он сравнивает своё положение с положением на арене приговорённых к смерти преступников, которые на гладиаторских боях должны были служить развлечением для публики, жаждущей кровавых зрелищ. Таким образом, апостол сравнивает себя с теми людьми в римском обществе, у которых отняты остатки человеческого достоинства. Ниже стоять уже просто невозможно. Нет, апостол Павел вовсе не ищет страданий, не произносит им хвалебную речь. Эти страдания вынужденные, они – следствия той Вести, которую он должен возвещать.
Печально-ироническая речь апостола прерывается словами, которые дышат духом Нагорной проповеди. Несмотря на все унижения, он не отвечает злом на зло, не мстит, но призывает Божие благословение на злословящих его. И это, разумеется, тоже воспринимается миром как признак слабости и ничтожности. В заключение он в контраст гордыне коринфян называет себя «сором, отбросом общества». Так мир оценивает жизнь того, кто несёт ему весть спасения. Коринфяне в своём оторванном от реальности энтузиазме подошли опасно близко к такой оценке. И апостол желает спустить их с высот их восторга на почву земной действительности.
Слушая энергичную речь апостола Павла с перечислением его страданий, коринфяне, скорее всего, должны были почувствовать стыд. Поэтому апостол спешит заверить их, что он отнюдь не желает ни стыдить коринфян, ни принизить их, но обращается к ним как к «возлюбленным детям». Это не пустая фраза: ведь апостол Павел «породил» (буквально — «зачал») коринфскую церковь Евангелием. Поэтому он вправе считать себя отцом коринфских христиан. Как отец, он сознаёт свое уникальное отношение к Церкви и свою ответственность за неё. Он однозначно отделяет себя от прочих христианских или мнимо-христианских проповедников, называя их пекущимися о коринфянах «наставниками» (буквально — «детоводителями»). Говоря о том, что таких детоводителей целая тьма, то есть десять тысяч, — насмешливо-иронический намёк на партийные распри в Коринфе.
Сознавая своё призвание и отеческое достоинство, апостол призывает коринфян подражать ему, брать его за образец. Понятие «подражания» было широко распространено в древности и означало следование ученика добродетелям учителя. Но Апостол придаёт этому понятию необычный смысл. Коринфяне должны подражать не высоким добродетелям апостола, но его жизни, проходящей под знаком Креста. Апостол не добивается признания собственной личности. В центре его внимания Крест Христов! Он желает привести коринфян к тому, чтобы они уразумели смысл Евангелия. Они должны подражать ему, Павлу, потому что сам он ориентируется на Крест. Они должны соразмерять себя по образцу страдающего апостола, который принимает жизнь с её трудностями в полном доверии к близости Господа и всё переносит в неутомимой верности Ему (4:6-13). Он не желает блистать, не выставляет себя на первый план, но верно служит делу распятого Господа (2:1-5). Он — образец, потому что сам берёт себе за образец Иисуса Христа (11:1).
Источник: https://azbyka.ru/.