«Открытая рана» Аушвица

30 августа 2017
Впечатлениями от участия в семинаре «О том, как обращаться с прошлым, обремененным насилием», проходившем в Освенциме, делится Ирина Пономарева, член Преображенского братства

С 11 по 16 августа мы вместе с Максимом Дементьевым как представители Преображенского братства, приняли участие в восьмом семинаре «О том, как обращаться с прошлым, обремененным насилием» («On dealing with the past burdened with violence»), который проходил в польском городе Освенцим. Этот город печально известен во всем мире тем, что во время Второй мировой войны здесь был концлагерь Аушвиц-Биркенау (Аушвиц – немецкое название городка Освенцим).

Руины крематория
Руины крематория

Семинар, являющийся совместной польско-немецкой инициативой Центра диалога и молитвы и Фонда им. Максимилиана Кольбе и посвященный осмыслению опыта Аушвица, в этом году собрал учителей, общественных деятелей, историков из Польши, Германии, Эстонии, Латвии, Литвы, Ирландии, Италии, Албании, США, Боснии и Герцеговины, России.

По мнению организаторов, Аушвиц – это то, что может объединить Европу, и потому задачей участников было «понять это место», «эту темную сторону истории», которая для немцев, в частности, связана с темой покаяния за происходившее. Отец Манфред Дезелерс, немецкий католический священник, руководитель Центра диалога и молитвы в Освенциме, приветствуя участников семинара, сказал: «Аушвиц – это место, где мы хотим служить людям. Услышать землю Освенцима, услышать голоса жертв важно, потому что это помогает нам услышать нас самих. Аушвиц – это кровоточащая рана, которая до сих пор не исцелена».

Организаторы семинара говорили о том, что примирения можно достичь через опыт встречи лицом к лицу представителей разных стран и народов: «У всех нас в истории был сложный опыт насилия, диктаторских режимов, и мы должны осмыслить эти последствия вместе».

Кроме того, говорилось о роли церкви в этом диалоге: по мнению участников семинара, церковь должна строить мосты между людьми: «Церковь не адвокат той или другой стороны в понимании истории. Церковь – это не партия, это то, что преодолевает любую партию».

Несколько дней мы находились в пространстве Аушвица – индустрии уничтожения людей, где нетрудоспособных стариков сразу уничтожали, а дети становились материалом для медицинских экспериментов... сердце может не выдержать, если не призывать Господа. Вынести эту встречу с абсолютным злом очень трудно, поэтому мы старались молиться везде, где это было возможно. Организаторы семинара часто повторяли, что опыт «открытой раны» Аушвица – это вызов современному человеку, вызов не только тем странам и государствам, где идут войны, но и вопрос для каждого из нас. Сможем ли мы совершить в невыносимой ситуации выбор в сторону достоинства, правды, человечности? Сможем ли победить свой эгоизм, ожесточенность, претенциозность? Будут ли у нас силы отказаться от своих интересов и защитить несправедливо осужденного незнакомого человека? Аушвиц вновь и вновь ставит перед нами вопрос о природе человека, о той линии водораздела между добром и злом, которая проходит через сердце каждого из нас, как писал А.И. Солженицын в статье «Раскаяние и самоограничение». Усвоили ли мы тот урок?

Конечно, вопрос о том, каким языком говорить с людьми об опыте насилия и унижения человека, для нас очень важен, потому что искажения сознания есть везде. Как не задавить человека ужасами времени, как вызвать не только сострадание в его сердце к жертвам Аушвица, но и желание посмотреть на свою жизнь в свете Евангелия? Один из путей – знакомство с очевидцами тех событий. Мы встречались с тремя выжившими узниками, и меня удивило, что они говорили не о пережитом в лагере, желая забыть о ненависти, а рассказывали о том, как в жизни старались помогать тем, кто в этом нуждался.

Встреча с бывшими узниками лагеря (в центре)
Встреча с бывшими узниками лагеря (в центре)

Рассказы очевидцев, выживших узников лагеря свидетельствуют о том, что многие в этом пространстве теряли веру в человека, задавая вопрос: «А где был Бог?». Отец Манфред Дезелерс отвечал на этот вопрос спокойно и твердо, говоря о том, что Он был с жертвами, страдал вместе с ними, плакал о них. Благодаря этому удивительно светлому человеку в один из дней семинара мы пережили «Путь креста», пройдя по маршруту, которым шли люди, попадавшие в лагерь – от ворот до газовых камер. На каждой из четырнадцати остановок мы читали воспоминания бывших узников и молитвы, которые помогали воспринимать все это сквозь призму пути Христа на Голгофу. Люди из разных стран не могли удержать слез, а после молитвы их глаза светлели. Наверное, это единственно возможный путь совершения такой «работы горя».

Расстрельная стена в Аушвице
Расстрельная стена в Аушвице
Памятник советским военнопленным Аушвица
Памятник советским военнопленным Аушвица

Удивило нас и количество людей, отовсюду приезжающих в музей Аушвица. Экскурсовод объяснил, что и поддержка развития музея, и возможность приехать сюда – элементы государственной политики в странах Европы. 

Одним из самых важных впечатлений для меня стал опыт переживания миссии Преображенского братства как уникального свидетельства тем, у кого образ русских и России очень неоднозначный (представление о русских как об «оккупантах» до сих пор довольно распространено в Европе). Отношение к нам теплело по мере того как мы рассказывали об Акции национального покаяния, обращенной ко всем людям с живой совестью, размышляя об истории своей страны в категориях покаяния. Мы реально пережили то, как опыт настоящего покаяния выпрямляет, восстанавливает доверие между людьми. Участников семинара очень удивило, что в России есть люди, которые размышляют об этом. «Это что-то совершенно новое», – говорили они, трогательно благодарили, жали руки так, словно в этот момент для них произошло нечто очень значительное. И это было очень необычное переживание важности братской инициативы и ее живой необходимости не только в России.


Ирина Пономарева


Фото Максима Дементьева,  а также из сети Интернет

загрузить еще

Подпишитесь на нашу почтовую рассылку