О традиции возложения рук

07 мая 2020
Проповедь священника Георгия Кочеткова на богослужении в Неделю жён-мироносиц (Деян 6:1-7), 3 мая 2020 года
Дионисий. Поставление святителя Николая во епископа. Собор Рождества Богородицы, Ферапонтов монастырь. Начало XVI века
Дионисий. Поставление святителя Николая во епископа. Собор Рождества Богородицы, Ферапонтов монастырь. Начало XVI века

Во имя Отца и Сына и Святого Духа! Христос воскрес!

Дорогие братья и сёстры, какое замечательное слово писания нам сегодня довелось слышать! Оно короткое, простое, и в то же время в нём много таких моментов, на которых хочется остановиться и о них подумать с тем, чтобы слово Божье не проходило мимо наших ушей, мимо нашей жизни, как это, к сожалению, часто в нашей церкви бывает.

Речь здесь идёт о первых годах жизни церкви после Пятидесятницы и Сошествия Святого Духа, а может быть, о первых десятилетиях. Число учеников Христовых, число верующих множилось. Сначала в церковь приходили целые тысячи, в том числе из разных сект, где люди искали особо благочестивой жизни. Они уже не доверяли храмовому порядку, священникам и даже порой переставали их признавать. Но это были крепкие верующие люди, способные на подвиги, на жизнь в очень трудных условиях. Потом, конечно, такого уже не было, чтобы единовременно приходили тысячи, но слово Божье, тем не менее, продолжало быстро распространяться. 

И вот, начинается простая жизнь церкви – а где простая жизнь, там есть и простые проблемы. Были такие проблемы и среди умножившегося сонма учеников. Так, говорится, что у эллинистов – то есть у евреев, которые происходили не из Иудеи, не из Палестины, а из стран рассеяния, – начался ропот, потому что местные евреи не очень красиво поступали с эллинистами и обделяли их вдов в ежедневной раздаче. А как вы помните, первохристианская церковь жила в условиях коммунизма – не могу сказать, что «научного», но духовного точно. Они жили вместе, принося всё своё имущество в общину, но они и вместе распределяли всё между всеми. Ведь людям надо каждый день что-то есть, им надо поддерживать свою жизнь и при этом ещё быть достаточно свободными, чтобы служить Богу. Это даётся непросто. И вообще нелегко жить в общине, нелегко жить в братстве, нелегко быть настоящим учеником Христовым, тем более если ты не один, если вас много.

И тут вышло, что вдов эллинистов обделяли в ежедневной раздаче. И тогда возник интересный момент, который потом сыграл большую роль в жизни всей церкви. Двенадцать, то есть те самые двенадцать, которые были с Господом, сказали, что их главное дело – молитва и благовестие, нести слово Божье, и что им нехорошо, забросив это служение, заниматься вещами второстепенными, пусть даже очень нужными, хозяйственными, – прислуживать у столов. Хотя всегда приятно услужить другому человеку, если ты его любишь. А между христианами были именно эти отношения любви, поэтому они с удовольствием прислуживали друг другу. Они старались не освободиться от этого «прислуживания», а наоборот, стремились к нему, потому что у них была любовь настоящая, а не на словах, как это нередко бывает в наше время, когда слова одни, а дела другие. Итак, апостолы предложили найти из числа всех верующих семь человек с хорошей репутацией, которые могли бы взять на себя служение за трапезой. Не просто хороших людей, которые были бы общительными, приятными, умными, замечательными, – но исполненных духа и мудрости, которая свыше. Оказывается, и чтобы прислуживать у столов, нужны мудрость и сила духа, просто так это не получится: будешь желать хорошего, а выходить будет всё время что-то не то. 

И вот, таких людей нашли и поставили на это дело, потому что слово апостолов было хорошо принято всей церковью, оно понравилось всему множеству. А что такое это множество? Это церковь, это все её члены в данной общине. Никаких иерархических отношений, как видите, здесь нет: ни присутствием апостолов, ни поставлением дьяконов они не устанавливались. Я представляю себе, что было бы у нас в любом храме, если бы там вдруг сейчас явился апостол. Его бы или просто не заметили, или выгнали. Так же часто говорят и о Христе, что, явись Он среди современных христиан, Его бы совсем не поняли или просто выгнали. А если бы даже приняли и поняли, то что? Стали бы раболепствовать перед Ним, восхвалять. Уж я не знаю, как бы Его назвали, ведь что может быть выше наших «святейших» и «блаженнейших», но что-нибудь нашли бы. Когда очень хочется, всегда найдут. Но вот мы читаем, что никаких иерархических отношений в церкви не было: ни апостолы, ни дьяконы, ни пресвитеры не устанавливали собою иерархических отношений. Хотя были апостолы, и они, конечно, в общине были старшими, были и пресвитеры, и они, конечно, тоже были старейшинами. А вот, появились дьяконы, которые были исполнены духа и мудрости, а не просто были этакими благоутробными, прекрасными голосистыми людьми, но никакой иерархической вертикали и тут не появилось. 

Итак, в апостольской общине избрали («прохирисис») семь человек, исполненных Духа Святого и веры. Среди них был Стефан, впоследствии ставший первым христианским мучеником. В более поздней традиции его назовут перводьяконом. Ещё среди этих первых дьяконов, которые в Деяниях перечисляются по именам, в этой дьяконской команде был и некий Николай из Антиохии. Он был прозелит, что значит обращённый в веру из язычников. То есть среди людей, исполненных духа и мудрости, что интересно, мог быть и недавно обращённый язычник.

Далее, этих людей, уже избранных и принятых всем множеством, поставили перед апостолами, о них помолились, возложили на них руки, и они стали совершать своё служение дьяконов. Что значит «помолились и возложили на них руки»? Сейчас «рукоположение», или «руковозложение» – по-гречески «хиротесия» – тоже совершается, как совершается и «поставление» – «хиротония». Но обычно понятие «хиротесия» теперь относят к поставлению церковнослужителей, так называемого низшего клира, совершаемому вне алтаря, а «хиротония» – к поставлению так называемого высшего клира, собственно священнослужителей. Конечно, в апостольские времена такого различения руковозложений ещё никто не делал, да и сама молитва с возложением рук только помогала, укрепляла людей в служении, указывала всем на то, что эти люди действительно избраны Богом и что они согласны и способны на новое служение.

Возложение рук – хиротония или хиротесия – это опять же ещё не есть обязательно установление иерархических отношений. Это и не какой-то магический акт – кто-то руки тебе на голову положил, и вот, твоя человеческая сущность изменилась. Конечно, нет. Все христиане были той же сущности, они оставались такими же людьми, какими были до поставления. Возложение рук могло очень широко использоваться в древней церкви и имело только одно значение: когда нужно было как-то сугубо, внимательно, концентрированно, возвышенно помолиться, когда происходило что-то особо значительное, тогда и возлагали руки. Так являли и церковную соборность. Ничего особо священного, сакрального в руковозложении как таковом – в самом обряде, в самой форме действия – не было. Но мы часто идеализируем какие-то вещи в церкви, иногда придумываем им какие-то свойства, приписываем такие функции, которых, может быть, на самом деле и нет. Помню, как в духовной семинарии и академии рукополагали некоторых ребят. И вот, один семинарист – он был просто хулиган, но только его рукоположили, он стал благостным таким прямо в тот же день. И говорит: «Сегодня меня рукополагали, и тут я почувствовал, что благодать на меня прямо так и села…». Я, конечно, услышав эти слова, улыбнулся, но интересно, что многие к этому относились с удивительным благоговением, прямо как к какому-то откровению свыше. Это наивно, но кто-то именно так думает.

Для нас всё-таки важно ещё подумать и понять, что значит церковное поставление на служение. Нужно ли для этого поставления руковозложение? Если мы можем и так концентрированно, внимательно молиться о благословении Божьем на предстоящее служение – может быть, и не нужно никакого рукоположения? А значит, и преемственности рукоположений не нужно, достаточно свидетельства церкви о действенности и действительности поставления. А что такое поставление? Это что, какой-то юридический акт? Должен быть написан какой-то декрет, утверждённый каким-то начальством? Видимо, нет. Если дело благодатное, если мы в этом уверены и свидетельствуем, что сошёл Дух Святой и благодать поддерживает то, что мы делаем для того или другого человека в общине, в братстве, в церкви, то это и есть поставление. Значит, здесь никакое внешнее преемство руковозложений не важно, а важно преемство, восходящее к Самому Духу Святому. Людей на служение ставит Дух Святой, о чём говорится даже в наших молитвах на дьяконской хиротонии. Там есть такие слова: «Ты же, Владыка всего, и этого служителя Твоего, которого Ты удостоил принять служение дьякона, преисполни веры, и любви, и силы, и святости через наитие святого и животворящего Твоего Духа – ибо не в наложении рук моих, но в посещении неистощимых Твоих милостей даётся благодать тем, кто достоин пред лицом Твоим…».

И вот, такая молитва, такое поставление, такое служение, как мы читаем в книге Деяний, давали плоды. В результате у апостолов появилось больше времени и сил для того, чтобы усердствовать в молитве и служении слова. Дьяконы, исполненные Духа Святого, веры и мудрости, продолжали радовать всех на общих трапезах, агапах и евхаристии, которые были единой трапезой, только двумя её частями. В итоге, как сказано, «слово Божие возрастало, и число учеников сильно увеличивалось». И не поверите, но «очень многие священники покорялись вере» (Деян 6:7).

Это как-то превосходит наш разум, наш житейский опыт, но вот так было, тем не менее, что даже священники, священнослужители покорялись вере. Кто из них? Неизвестно. К сожалению, никто не назван конкретно, но мы не можем не доверять этому замечательному свидетельству из книги Деяний святых апостолов. Значит, у нас есть надежда, значит, нет людей совсем безнадёжных, значит, можно свидетельствовать в силе Духа Святого и священникам, и архиереям, и вообще кому угодно в церкви, если они потеряли благодать, если они ещё не обрели своего служения, веры и мудрости.

Такое бывает нередко с нашими дьяконами, пресвитерами и архиереями, что никакой мудрости, никакого духа, никакой веры в их словах и делах не прослеживается. Более того, есть иногда прямое разрушение ими церкви, о чём мы только сожалеем и хотели бы, чтобы этого более никогда не было. Но как это можно исправить – пока сказать трудно. Однако мы надеемся и верим, что любой человек пред Господом может обрести веру, в каком бы состоянии «выгорания» или «саморазрушения» он ни находился в данный момент.

Так что будем радоваться, что Господь может любые человеческие преграды преодолеть! Будем радоваться тому, что Свою Церковь ведёт Сам воскресший Господь, что Дух Святой её оплодотворяет, усиливает, собирает и открывает ей духовные тайны во славу Божью!

Аминь!

Христос воскрес!

загрузить еще

Подпишитесь на нашу почтовую рассылку