Мы должны быть единоверцами со всеми Божьими святыми

17 июня 2020
Проповедь председателя Преображенского братства Дмитрия Гасака в Неделю всех святых (Мф 10:32-33, 37-38; 19:27-30)
Все святые. Фра Беато Анджелико
Все святые. Фра Беато Анджелико

Во имя Отца и Сына и Святого Духа! 

Дорогие братья и сёстры христиане! Слова, которые мы сейчас читали в Евангелии, с трудом укладываются в наших умах, душах, сердцах. «Кто любит отца или мать больше, чем Меня, недостоин Меня; и тот, кто любит сына или дочь больше, чем Меня, недостоин Меня, и тот, кто не берёт на себя крест и не идёт за Мною, недостоин Меня» (10:37-38). Это трудно слышать не только для нас нынешних, но пока стоит этот мир, это было и будет всегда трудно слышать. Иногда, читая Евангелия, мы, сталкиваясь с такими местами, невольно задаёмся вопросом: может быть, то, о чем говорит Христос, минует нас? Не все же должны отрекаться от отцов, матерей, братьев и сестёр, не все же должны бросать свою землю, раздавать всё свое имущество – рассуждаем мы, как бы оставляя эти подвиги себе «на потом». Мы смотрим на Церковь в истории, в славе её институций, её внешних воплощений: на прекрасные храмы, богослужение, и нам кажется порой, что чаша эта может нас миновать и наша христианская жизнь пройдёт спокойно, как мы и просим в ектенье: «тихую и безмятежную жизнь проведём во всяком благочестии и чистоте». Как хочется человеку провести тихую жизнь и безмятежную, будучи во всяком благочестии и чистоте, будучи добрым, окружённым добрыми людьми, и добрыми делами, и вообще всяким добром. И чем больше этого добра, тем, казалось бы, лучше должно быть человеку. Но тем не менее сегодня мы всё равно читаем эти строки о том, что нужно брать свой крест и следовать за Христом, а кто не берёт креста своего, тот Христа недостоин, недостоин Бога, недостоин откровения Нового Завета. Он как бы не может рассчитывать, на то что Христос Его признает и помилует. Помилует и значит признает. Но вообще говоря, здесь можно было бы сказать и о том, что признать человека недостойными в этом случае могут и те, кого Христос считает своими – апостолы и все святые. 

Хочешь не хочешь, из Евангелия этих трудных слов не выбросить, и получается, что если мы хотим быть достойными Христа, то должны встать в один ряд с теми, кого Бог считает Своими святыми – иного пути у христианина нет. И это не умещается в то представление о святых, которое нередко складывается в традиции бытового благочестия, что есть такие святые заступники – люди особые, великие, до которых нам далеко, и они для нас являются едва ли ни большими заступниками, чем Христос – вот они-то за нас и попросят. Вчера отец Георгий не случайно замечательно говорил о том, что здесь подмены чрезвычайно опасны, потому что это подмены в самой вере, подмены в понимании новозаветного откровения, в понимании христианской истины. 

Путь святых действительно очень часто не укладывается в наше обыденное сознание: и не только путь юродивых, которые отреклись от этого мира, и не только путь монахов, уводящий их далеко от людей в некую свою таинственную никому не ведомую жизнь. Многие святые и в особенности мученики никуда не уходили и жили среди людей в обществе, и стали мучениками, потому что общество их отвергло, найдя, что они проповедуют то, что ему противно и глубоко чуждо, что разрушает это самое общество. Многих святых, которых мы сегодня вспоминаем, оттеснили на обочину жизни, отвергли и убили как людей вредных. И не надо думать, что те, кто убивают святых, не понимают, что делают. И в нынешнем российском обществе святых не принимают именно как святых. Тут можно вспомнить не только далёких от нас в историческом времени апостолов, пророков или мучеников, но тех святых, которых мы считаем своими – русских святых: первых прославленных на Руси Бориса и Глеба, преподобного Серафима и даже преподобного Сергия, и заволжских старцев, и много кого ещё. Среди них есть, конечно, и исповедники и новомученики XX века, которые в России подвизались и жили тогда, когда здесь невозможно было жить по-христиански, я имею в виду советское время. Среди них и те, кто были изгнаны из России, с родной земли, и ограблены – и ныне прославленная во святых мать Мария (Скобцова), и отец Сергий Булгаков, и Николай Бердяев, и Георгий Федотов, и многие ещё – и тем не менее нашли в себе силы веры, надежды и любви для того, чтобы христианское свидетельство и на чужбине считать главным, основным делом своей жизни. Кто-то из них прославлен, кто-то не прославлен, но в почитании святых сейчас на первом месте, конечно, не вопрос их формального прославления, а  проблема памяти об их опыте, о воплощении в их жизни новозаветной веры, новозаветного откровения. Если Церковь, прославляя своих святых, забывает этот опыт, она становится ущербной, её традиция и память становятся ущербными. Поэтому для нас, ныне живущих, есть задача не только воспринять Евангелие и жить по-христиански, не только искать образ святости, который был бы характерен для наших дней, но хорошо помнить и не забывать тех, кто жили до нас. Так складывается, формируется, оживотворяется церковная традиция, церковная память. 

Наш опыт христианской жизни мы должны соотносить и с тем опытом святости, который имел апостол Павел и другие апостолы, и с опытом святых, которых мы теперь, может быть, не почитаем так, как когда-то, потому что они принадлежат традиции западной: преподобные Бенедикт, Франциск или святая Тереза. В опыте святости, дорогие братья и сёстры, нет конфессиональных различий. Опыт святости – это опыт единства Церкви. И если здесь мы оказываемся бедными настолько, что не можем или не хотим вместить опыт всех святых, то это для нас обличение и суд, тот самый, которым Господь обещал судить двенадцать колен Израилевых. Это серьёзный вызов – к полноте восприятия всего опыта святости Вселенской Церкви. К нему тоже относятся эти слова Христа: «кто не берёт на себя крест и не идёт за Мною, недостоин Меня». Восприятие всей полноты христианской традиции – это для нас тоже крест, потому что не всё в ней для нас близко, не всё, может быть, нам нравится, не всё удобно тем, с кем рядом мы живем. 

Ведь не случайно же нынешние политики в России не признают опыта святости Бориса и Глеба, а с этого началась история почитания святых в России. И нам нужно ещё понять, почему так происходит. Конечно, бывают разные времена. Сейчас как будто такое время, когда нам в России хотелось бы обрести силу, чтобы нас по-прежнему уважали, любили, чтобы церковь наша восстала в прежней своей славе и величии после такого разгрома в XX веке, после гонений, которые практически свели её на нет. Здесь нам снова полезно обращаться к опыту святых. Мы ведь редко видим в жизни сочетание внешней силы с благородством, разумностью, щедростью, открытостью – настолько редко, что найти его почти невозможно. И мы должны помнить, каков был наш Господь. Христос въезжал в Иерусалим на осле – не на белом коне, вооруженный до зубов. И святых, даже мучеников, даже тех из них, которые по роду своей мирской деятельности были военными, мы должны почитать не как античных героев, которые крушили зубы грешников. Они прославлены не за это. Победы в боях одерживают разные люди и не только христиане, и не только не святые, а подчас грешники. Тем более сейчас, когда военные действия приобрели такой характер, что трудно рассчитывать на прямой поединок и на прямое соперничество в силе, смекалке, уме. Подлость и хитрость дают больше шансов на победу в современной войне. И здесь мы не должны обольщаться и не должны бояться возвращаться к опыту святых, который делает нас безоружными. Мученики как раз и не боялись быть безоружными перед этим миром. 

Христос наш Бог. Он явился в мир в ином образе и шёл иным путём. Поэтому, дорогие братья и сёстры, день памяти святых, памяти святого Божьего народа – это и есть день памяти Церкви, который не случайно мы празднуем сразу после Пятидесятницы. Мы слышим в Евангелии, что Господь нас призывает стать в один ряд со святыми. Кому-то может эта мысль показаться безумной, потому что все мы много согрешаем и знаем, сколь мы далеки от тех принципов, которые провозглашаются Господом в Евангелии. Но сегодня не для того мы совершаем память святых, чтобы горевать о своих грехах, которых у всех много, и у грешных, и у святых. Мы совершаем эту память, потому что мы христиане, потому что мы всё-таки следуем за Христом и ищем смысл жизни, стараясь жить по Истине, жить с Богом и жить вместе, будучи единоверцами со всеми Божьими святыми. И поэтому мы можем вместе с отцом Сергием (Савельевым), замечательным исповедником православной веры в XX веке, сказавшим: «под конец жизни я согнулся под грехами моими», тем не менее являть эту веру и жизнь, которая всё-таки осуществляется не в согласии с законами мира сего, где царствует алчность, где царствует желание обладать, лицемерие, подлость, любовь к тем, кто к тебе благоволит и так далее. 

Будем же братья и сёстры, глубже познавать опыт всех Христовых святых и свой опыт веры приобщать к их опыту, где бы они ни прославились, где бы они ни жили, в России ли, в Европе, в Сирии или в Африке, или даже в Соединенных Штатах или в Бразилии. Будем верны Христу, как никому в этом мире, чтобы всё-таки и мы были причислены к новому народу Божьему и могли вместе со всеми святыми прославлять нашего Небесного Бога и Отца, чтобы наша жизнь была свидетельством всем, кто ищет веры, кто ищет добра и красоты, всем, кто желает быть доблестно рождённым и не поддаваться искушениям всякого рода властей и сил мира сего. И пусть в нашей жизни прославляется Церковь Христова и весь собор святых, которых мы сегодня воспоминаем! 

Аминь.

загрузить еще

Подпишитесь на нашу почтовую рассылку