Идея отмены смертной казни не имеет христианского генезиса

Интервью с заместителем председателя Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата протоиереем Всеволодом Чаплиным взято на выставке "Русь Православная", ноябрь 2008 г.

Кифа: В ближайшее время заканчивается мораторий на смертную казнь в России. В Социальной концепции РПЦ позиция по вопросу смертной казни отражена очень взвешенно. Там говорится, что этот вопрос должно решать общество, но церковь понимает, что в связи со смертной казнью есть множество проблем. Как Вам кажется, важно ли России вслед за многими другими государствами каким-то образом двигаться к тому, чтобы отменить смертную казнь и могут ли православные христиане как члены общества, может быть, создавать какие-то движения, объединяться вокруг этой идеи?

Прот. Всеволод Чаплин: Конечно, лучше, чтобы в обществе никто не умирал неестественной смертью, но если преступник опасен для окружающих людей, способ пресечения его преступной деятельности может быть весьма и весьма жёстким. Я не являюсь сторонником смертной казни. Думаю, это явление у любого человека вызывает внутреннюю оторопь. И если в России власти смогут отменить смертную казнь и одновременно твердо обеспечить безопасность граждан от насильников, грабителей, педофилов, убийц, – это будет неплохо. Особенно если люди будут настолько уверены в своей безопасности, что сами поддержат отмену казни. Но я удивлён и тому, что некоторые христиане пытаются изображать смертную казнь чем-то противным христианству. Бог повелевал предавать определенных людей смерти во многих случаях, и мы это знаем очень хорошо. И в традиции…

Кифа: Ветхого Завета?

О. Всеволод: …и Ветхого Завета, и христианской Церкви отнятие жизни ради защиты ближних является абсолютно оправданной идеей. Не случайно идея отмены смертной казни была придумана отнюдь не христианами, а скорее их идеологическими оппонентами.

Кифа: Часто в обществе независимо от воли людей всё же проявляется влияние христианской культуры. Ведь очень часто церковь действительно призывала к милости…

О. Всеволод: Идея отмены смертной казни не имеет христианского генезиса, более того, имеет генезис, связанный с кругами, которые противодействовали христианству. И мы очень хорошо знаем, что в течение всей истории как Ветхого Завета, так и Нового Завета Бог благословлял защиту жизни людей в том числе и через отнятие жизни у других людей. Одна из самых лукавых подмен нашего времени –- это подмена Евангелия соплями и слезами вокруг несчастной земной жизни человека. Это не мировоззрение христианина. Это мировоззрение вечно жалеющего себя секулярного гуманиста, для которого вечной жизни не существует, а земная жизнь – это предельная, конечная ценность. И такие настроения, как нервная дрожь при упоминании смертной казни, радикальный пацифизм и так далее, по сути являются нехристианскими. Это идеи вечного саможаления людей, которые читают Евангелие избирательно.

Кифа: Отец Всеволод, известно, что в первохристианские времена существовали определённые запрещённые профессии, от которых человек должен был отказываться. Нет сомнения, что если уж военные входили в это число, то исполнители приговоров, т.е. палачи, были запрещённой профессией.

О. Всеволод: Тем не менее мы знаем воинов из самых первых эпох христианства.

Кифа: А палачей знаем?

О. Всеволод: Мы знаем из слов святого Иоанна Предтечи, что он в отношении воинов делал некоторые предостережения, но не говорил им, чтобы они немедленно бросили заниматься воинским делом (Лк. 3, 14). Не осуждал воинское дело и Сам Господь. Так же относилась к воинам, насколько мне известно, и древнеапостольская община, хотя я не историк и поэтому могу чего-то не знать. При этом все прекрасно понимают, что воинское служение по определению предполагает отнятие жизни у других людей.

Кифа: По свидетельству многих людей, именно те, кто служит в частях, занимающихся исполнением приговоров, очень часто достаточно быстро спиваются, сходят с ума и т.д. Т.е. это не совсем то же самое, что регулярная воинская служба.

О. Всеволод: Давайте не будем доводить этот вопрос до абсурда. Конечно, отнятие жизни у любого человека, включая террориста, преступника и так далее – это плохо. Война – это плохо. Лучше мир, чем война. Но есть такие вещи как святыни, как жизнь твоих ближних и, в частности, твоей страны и твоего народа, ради которых ты можешь жертвовать и своей жизнью, и жизнью того, кто посягает на них. Агрессивная война всегда плоха. Конечно, в нынешнем лукавом мире увидеть грань между агрессивной и оборонительной войной очень непросто. Мы знаем, какая дискуссия по этому поводу велась и ведётся вокруг событий в Югославии, вокруг событий на Кавказе... Но во всём христианском богословии, кроме пацифистских сект, речь идёт о том, что ради защиты священных для тебя вещей и защиты других людей ты имеешь право отнять жизнь другого человека. Пацифистам я бы предложил выделить какой-нибудь участок территории, где они могли бы создать своё государство без армии и без полиции. Успеха им в этом.

Кифа: Отец Всеволод, но всё же есть же разница между тем, отнимаешь ты жизнь у другого человека, защищая кого-то, в процессе борьбы, и тем, что происходит при смертной казни. Это разные вещи. Понятно, что христианство – это не непротивленчество.

О. Всеволод: А наказание, производимое полицией и армией – это тоже элемент защиты. Кстати говоря, я не вижу в смертной казни особенного смысла в плане наказания – по большому счету, преступнику Господь воздаёт. И, кстати, Он обещает целым категориям людей муки, которые, на мой взгляд, гораздо более страшны, чем муки казнимого на земле преступника. Особенно потому, что Он Сам называет эти муки вечными (Мф. 25, 46).

Кифа: В том-то и дело.

О. Всеволод: Но это средство защиты.

Кифа: Статистика показывает, что введение смертной казни или её отмена на количестве преступлений не очень сказывается.

О. Всеволод: Есть разные выкладки социологов. Некоторые как раз говорят о том, что страх смерти – очень сильный сдерживающий фактор.