Двое из одних лагерных яслей

24 октября 2019
Знаменитый скульптор и политик, рождённые в заключении, встретились в «столице 101 километра»

Малоярославец – городок, расположенный в 110 километрах от Москвы по Калужской дороге, славен историческим сражением отступающей наполеоновской армии с русскими войсками в 1812 году. А ещё этот город верно хранит память о более близких к нам временах. Начиная с 1920-х сюда, «за 101 километр», приезжали на поселение осужденные на «минус 6» – запрет жить в шести крупнейших городах страны, и те, кто просто искал убежища от гонений советской власти. 

Так в 1931 году в Малоярославец приехала семья священника Михаила Шика – он сам и его жена Наталья Дмитриевна Шаховская-Шик с  четырьмя детьми. Внучка отца Михаила и Натальи Дмитриевны Елена Старостенкова, основатель мемориального фонда «Малоярославец – 101 километр», рассказывает, что в то время в городе сложился круг репрессированных по разным статьям людей, мужественно поддерживающих друг друга. Помощь была серьезной и небезопасной, ведь тем, кто приезжал, надо было не только дать приют и укрытие, но и  найти возможность обеспечить пропиской и – самое сложное – работой. Малоярославец стал, как окрестила его Елена Старостенкова, «столицей 101 километра».

Позже, в 1940-е, люди приезжали жить в Малоярославец после лагерей и ссылок. В 1945 сюда приехала Нина Всесвятская – мать Юлия Кима с детьми, мать будущего известного художника Игоря Шелковского и многие другие.

Игорь Шелковский (слева)
Игорь Шелковский (слева)

Память об этих людях по крупицам собирает и хранит Галина Гришина, краевед и руководитель Культурно-просветительского клуба «Единство». Результаты изысканий публикуются в альманахе, последний номер которого фактически является биографическим справочником, посвященным рассказам о славных жителях Малоярославца. Самый большой раздел в справочнике – «101 км».

13 октября Галина Ивановна устроила встречу с детьми отцов, расстрелянных в годы большого террора, чьи матери приехали жить в Малоярославец. Двое гостей довольно почтенного возраста – их отцы были расстреляны в 1937, а матери были арестованы и оказались в одном лагере. По закону детей отлучали от матерей и содержали в яслях при том же лагере. В день на свидание с ребёнком матери полагалось 15 минут. Мальчикам было по нескольку месяцев, когда арестовали матерей, и они оказались в одних лагерных яслях. Позже обоих было разрешено забрать бабушкам – так были спасены их жизни.

Оба стали известными людьми, и встретились впервые в жизни. Это Дмитрий Катаев, российский политический деятель, потомок писателя Ивана Катаева, и известный художник, скульптор Игорь Шелковский.

Дмитрий Катаев
Дмитрий Катаев

На вечере-встрече Дмитрий Катаев рассказал о своей матери, Марии Терентьевой, которая была арестована и осуждена как член семьи изменника Родины, после чего 12 лет провела в Бутырке и Мордовских лагерях, из них первый год – с сыном Митей. Член Союза писателей, поэт, Мария Терентьева, первый из сборников своих стихов, «Испытание», посвятила памяти расстрелянного мужа.

Одно из её стихотворений, написанное в лагерном бараке, Дмитрий Иванович прочитал на вечере-встрече.

Музыка

Было в бараке темно и скученно,
Многие после работы спали,
А пальцы мои исполняли беззвучно
Концерт Чайковского на одеяле.
По нарам пальцы мои летели,
И в них восторг, протест и терпенье...
Мне слышалось не завыванье метели,
А первый гром — торжество избавленья.
Метель шагала от края до края,
Шагала, сугробами укрывая.
Мне слышалось, где-то скрипки звучали
И, будто в апреле, капели стучали.
Сверкали люстры в концертном зале,
Немая музыка каждый вечер
Меня, как птицу, ввысь поднимала
И вниз, и вниз бросала, калеча.
Не трикотаж распускать, не нити
Вязать, крутить крестом и на пяльцах,

Меня по волнам судеб, событий
Несли уже сумасшедшие пальцы.
И я гребла локтями, ладонями
Против течения, против течения,
Чтобы, пробив пространства ледовые,
Музыка вырвалась из заточения.

Галина Ивановна Гришина представляет гостей
Галина Ивановна Гришина представляет гостей

Отец Игоря Шелковского Сергей Колесниченко работал третьим секретарем «Комсомольской правды» в Москве. откуда и был отправлен главредом – поднимать краевую газету «Оренбургская коммуна». В сентябре 1937 года, за несколько месяцев до рождения Игоря, отец был арестован и вскоре расстрелян. Ему было 32 года. Матери дали родить, потом отправили в лагерь как члена семьи врага народа. Первые шесть месяцев она сидела с младенцем в тюрьме, в одиночной камере. Когда, после суда и этапа мать оказалась в лагере, его отправили в лагерные ясли, откуда его и забрала бабушка.

«Я рос счастливым ребенком. – рассказывает Игорь Сергеевич про свое детство. – Маленьким я не знал, что не так с моими родителями. Когда меня спрашивали о них, я отвечал, что папы у меня нет, а мама живет в другом городе». 

На вечере-встрече звучали стихи репрессированных поэтов, музыка Петра Чайковского и Джона Уильямса из фильма «Список Шиндлера». Среди гостей были режиссер Елена Якович, Марина Никоновна Суслова, заведующей сектором по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий и взаимодействию с общественными организациями инвалидов отдела по взаимодействию с объединениями ветеранов Комитета общественных связей города Москвы член комиссии по реабилитации при администрации президента, историк из МГУ Ярослав Леонтьев.

Вечер-встреча был приурочен ко дню памяти жертв советских репрессий, 30 октября, когда в Малоярославце впервые пройдет Молитва памяти и чтение имен репрессированных жителей Малоярославца и Малоярославецкого района. 

Ульяна Гутнер
Фото: Елена Ткачева
загрузить еще

Подпишитесь на нашу почтовую рассылку