День памяти: 6 сентября
Во дни Австро-Венгерской империи, в лемковском селе Ждынь, в благочестивой униатской семье родился отрок Максим. С юных лет возгорелся он любовью к Богу, желая иноческого подвига и строгого поста. Искал он совершенной веры и, покинув василианский монастырь, пришёл в Почаевскую Лавру, где был замечен владыкой Антонием (Храповицким) за усердие и кротость.
Окончив Волынскую семинарию и приняв священный сан, отец Максим отверг предложение остаться в Киеве и возвратился на родину, к лемкам, дабы вести их из унии в лоно Православия. В селе Граб начал он служение, и тотчас восстали на него власти. Трижды был он ввергаем в темницу, терпел побои, штрафы и поругания, но ничто не могло поколебать его ревности.
В 1912 году его обвинили в шпионаже в пользу России и два года томили во львовской тюрьме среди злодеев. Униатский посланник предлагал ему свободу за отречение, но священник отвечал отказом. Лишь в июне 1914 года суд присяжных оправдал его, признав невиновным. Но свобода была недолгой.
С началом Первой мировой войны отца Максима вновь схватили, а с ним — беременную жену, престарелого отца и всю родню. В переполненной горлицкой тюрьме он утешал страждущих и укреплял их верой. Без суда и следствия, как самого опасного русофила, приговорили его к смерти.
На рассвете 6 сентября 1914 года, со связанными руками и завязанными глазами, он был выведен к стене тюремного двора. Перед залпом успел воскликнуть: «Да живет святое Православие! Да живёт Святая Русь!» — и пал, пронзенный пулями. А когда поняли, что он ещё жив, ротмистр Дитрих собственноручно выстрелил ему в голову — на глазах у жены, отца и всех заключенных.
Тело его было погребено за забором, как у недостойного. Но уже через годы лемки стали чтить его как народного героя и мученика за веру. В 1994 году Польская православная церковь торжественно прославила его в лике святых. Ныне мощи его почивают в родном селе, а память о нём живёт в песнях, иконах и сердцах верных чад Карпатской Руси.
Подробнее см. здесь.